После того как Фуси вместе с сестрой создали человечество, людей на земле день
ото дня становилось все больше. Тогдашние люди не были похожи на нынешних. В те
времена не знали земледелия. С утра и до поздней ночи люди охотились на диких
животных, ели их мясо и пили их кровь. Мало убьют зверей - еды им вдоволь не
достанется. Совсем никого не убьют - в животах пусто будет. Еду в те времена
нелегко было добыть.

Фуси видел все это, и на душе у него было тяжко. "Если так всегда будет, много
людей умрет от голода", - думал он. Прикидывал так, прикидывал эдак, думал три
дня и три ночи, да так и не придумал, как быть с едой для детей и внуков. На
четвертый день пришел он к реке. Бродит по берегу, думает. Ходил, ходил, вдруг
поднял голову - глядь, большой, жирный карп из воды выпрыгивает, высоко так
подпрыгивает. Тут и второй карп выпрыгнул, за ним третий. Стал Фуси
присматриваться. Подумал: "Большие карпы, жирные, поймай да ешь, чем плохо?"
Решил он так и спустился к реке, чтобы схватить рыбину. Много сил не затратил,
поймал прямо руками большого, жирного карпа. Очень обрадовался Фуси, унес карпа
домой.

Узнали дети и внуки Фуси, что он рыбу поймал, прибежали обрадованные, стали с
расспросами приставать. А Фуси разорвал рыбу на части и каждому по кусочку
раздал. Попробовали - понравилось. "Раз рыба вкусная, давайте теперь ее ловить,
вот и будет нам подспорье", - сказал Фуси.

Дети и внуки его, конечно, согласились и тотчас побежали к реке. Пробыли там от
полудня до вечера, и почти каждый поймал по рыбине. А были и такие, что по три и
даже по четыре исхитрились схватить. Радости людей не было предела. Принесли они
рыбу домой и с удовольствием съели. Фуси тотчас же послал гонцов с письмом к тем
своим сыновьям и внукам, которые жили в других местах, советуя им тоже рыбу
ловить.

Не прошло и трех дней, как все дети и внуки Фуси научились рыбу ловить. Только,
как говорится, со всяким хорошим делом много мороки. На третий день явился царь
драконов Лун-ван со своим первым министром - черепахой и злым голосом говорит
Фуси:

- Кто тебя звал рыбу ловить? Вон сколько вас, людей, так всех моих драконовых
сыновей и внуков переловите! Немедля брось это дело!

Но Фуси не испугался слов Лун-вана, а спокойно так, с достоинством, в свою
очередь спросил его:

- Ты не разрешаешь нам ловить рыбу, что же тогда нам есть? - Что вам есть? А мне
какое дело? Я не разрешаю вам рыбу ловить! - сердито сказал Лун-ван.

- Ладно! Не разрешаешь ловить рыбу, не будем. Только смотри, нечего будет есть -
станем воду пить, всю воду подчистую выпьем, все твои водяные твари передохнут.

Лун-ван, вообще-то говоря, может только слабых обманывать, а сильных боится.
Услышал он слова Фуси, перепугался. Вдруг Фуси, его дети и внуки и вправду всю
воду выпьют, чего доброго, и сам не спасешься! Вроде бы и согласен разрешить
людям рыбу ловить, да трудно назад свои слова взять. Как говорится, и вперед
идти тяжело, и назад отступить трудно. Черепаха - его первый министр - подползла
к его уху, тихонько так шепчет:

- Смотрите, люди-то эти руками рыб хватают. Поставьте им такое условие: если они
всю воду не выпьют, пусть рыбу ловят. Только не разрешайте ловить ее руками. А
без рук они ни одной рыбы не поймают. Так и можно будет и драконьих детей и
внуков сохранить, и вашу, государь-дракон, жизнь сберечь. Пусть они все глаза у
реки проглядят - вот хорошо-то будет!

Выслушал Лун-ван совет черепахи, и понравился он ему. Расхохотался он,
повернулся к Фуси и говорит:

- Если не выпьете воду дочиста, то можете рыбу ловить. Но только запомните одно
условие: не хватать рыбу руками. Если согласны, на том и порешим, чтобы больше
ни у вас, ни у меня никаких обид не было. Фуси подумал-подумал и согласился: -
Ладно!

Лун-ван решил, что ему удалось провести Фуси и, радостный, вместе со своим
министром-черепахой отправился обратно. А Фуси тоже забрал своих детей и внуков
и к себе пошел. Вернулся домой, стал думать, как без рук рыбу ловить. Думал весь
вечер, на другой день до самого обеда думал - все не мог ничего придумать. После
обеда улегся он под деревом, стал в небо глядеть да думать.

Видит, между двумя ветками паук паутину плетет. Слева нить пропустит, справа
нить продернет, вот и готова круглая сеть. Закончил паук свое дело, отбежал в
уголок, спрятался. Вскоре летавшие поодаль комарики да мухи все в сеть попали.
Тогда паук спокойно вылез из своего уголка и принялся за еду.

А Фуси, когда он глядел, как паук плел свою сеть, вдруг осенило. Он побежал в
горы, отыскал лианы и свил из них веревку. Потом, словно паук, плетущий паутину,
сделал грубую сеть. После этого он срубил две палки, смастерил из них
крестовину, привязал к ней сеть, потом приделал к крестовине длинный шест, и все
было готово. Он отнес снасть к реке и забросил в воду. Фуси стоял на берегу и
тихонько ждал. Прошло немного времени, Фуси потянул сеть вверх - ай-я! - в сети
трепыхались и прыгали рыбы. Способ этот и впрямь оказался удачным. Рыбы попалось
в сети куда больше, чем когда ловишь ее руками, и людям теперь не нужно было
стоять в воде. Фуси передал секрет плетения сетей своим сыновьям и внукам. И с
тех пор все его потомки знали, как ловить сетью рыбу, и не испытывали больше
нехватки в еде. И по сей день люди ловят рыбу сетями.

А Лун-ван, увидев, что фуси стал ловить рыбу сетью, изошел злобой, потому что
люди теперь ловили рыбу не хватая ее руками. Царь драконов раскаялся в своих
словах, но брать их назад ему было неловко: еще рассердишь Фуси и его сыновей и
внуков, а те и вправду возьмут да и выпьют всю воду в реке. Сидит Лун-ван в
своем дворце, беснуется, глаза его чуть из орбит не вылезают. Потому-то люди и
стали рисовать царя драконов с вытаращенными глазами. А его черепаха-министр,
увидев, что государь так разволновался, решила еще что-нибудь для него
придумать. Разве могла она знать, что только заберется она Лун-вану на плечо,
приблизится к его уху да рот раскроет, как Царь драконов ударит ее и она упадет
в тушечницу, что стоит перед Лун-ваном на столе. Перевернулась черепаха в
тушечнице два раза и окрасилась в черный цвет. С тех пор черепахи
черные-пречерные, это все оттого, что первого министра - черепаху Лун-ван тогда
в тушечницу сбросил.