АЛЬБИНОС СТЕПНОЙ ЧЕРЕПАХИ (AGRIONEMYS HORSFIELDI (GRAY, 1844)) С НЕОБЫЧНОЙ АНОМАЛИЕЙ ПАНЦИРЯ

Альбинос степной черепахи (Agrionemys horsfieldi (Gray, 1844)) был найден автором 17 апреля 1975 г. в предгорьях хребта Ренин-Тау, в 20 км к юго-востоку от г. Душанбе на высоте около 1200 м над уровнем моря. До этого автор с 1957 г. участвовал в полевых работах по изучению мелких наземных позвоночных, в том числе и черепах, в районах, где численность этого вида весьма велика, но среди многих тысяч просмотренных особей ни одного альбиноса не встретилось. Не бы­ло альбиносов и среди 40000 черепах, отловленных в Юго-Западном Таджикиста­не заготовителями для отправки их за границу. В публикациях, посвященых сред­неазиатской черепахе, и в работах об альбиносах у позвоночных животных (Hensley, 1959; Arnoldt, 1980; Bechtel, 1995;) найти сообщений об альбиносах этого вида нам не удалось. По-видимому, это первая находка альбиноса среднеазиатской черепахи.

Черепаха-альбинос была найдена на покрытом травянистой растительностью склоне оврага под навесом большого камня. Судя по очень тонкому и мягкому панцирю, ей было не более двух недель. Черепашка была сильно облеплена мок­рым суглинком и не могла самостоя­тельно передвигаться. Ее вес был 11.6 г., длина и ширина карапакса - около 29 мм, пропорции тела и форма щитков панциря - типичные для черепах этого возраста (рис. 1). Окраска тела - свет­ло-желтая, а глаза - ярко-красного цве­та. Поведение черепашки свидетельст­вовало о том, что она плохо видит.

В неволе альбинос содержался на открытой веранде в г. Душанбе, где жи­ли еще несколько черепах разного возраста. Маленькие черепахи с неокрепшими панцирями содержались поначалу отдельно от остальных. Кроме того, аль­биноса, из-за плохого зрения, несколько лет приходилось кормить из рук. По­взрослев он научился съедать положенную перед ним пищу самостоятельно. В зимний период все черепахи содержались в жилом помещении.

Альбинос прожил в неволе 22 года. Поначалу он рос нормально, не отставая в размерах и весе тела от своих сверстников. Но в семилетнем возрасте в росте оста­новились второй, третий и четвертый позвоночные щитки. Поскольку черепаха продолжала расти, рост щитков, граничащих с этими щитками, в дальнейшем про­исходил неправильно, и с возрастом их форма и форма всего карапакса отклони­лись от обычной. Особенно это было заметно на втором, третьем и четвертом ре­берных щитках. Обычно рост этих щитков происходит в двух направлениях: на контакте с краевыми щитками и на контакте с позвоночными щитками. У нашей черепахи в результате остановки в росте позвоночных щитков реберные щитки на границе с ними сохраняли тот размер, который они имели в семилетнем возрасте. Наращивание реберных щитков происходило только на границе с краевыми щит­ками, которые продолжали расти нормально. В результате форма реберных щит­ков становилась с возрастом все более вытянутой в поперечном направлении. К концу жизни черепахи длина этих щитков, измеренная в медиальной части, была примерно в три раза меньше ширины, а длина, измеренная по латеральной границе щитка, была примерно в два раза меньше его ширины (рис. 2).

 

Обычно размеры сторон реберного щитка различа­ются мало: медиальная длина лишь на 10 - 15% меньше, чем ла­теральная, а ширина превышает длину на 20 - 30%.

Со временем стало заметно, что наша черепаха отстает в росте от своих сверстников и у нее про­исходит более интенсивное нара­щивание роговой ткани. Послед­нее было особенно заметно на че­люстях, горловых и плечевых щитках пластрона и на позвоноч­ных и реберных щитках карапак­са. Из-за ненормального и замед­

ленного роста карапакс развивался медленнее пластрона, и к концу жизни черепа­хи оба щита имели одинаковую длину (рис. 2, 3), в то время как у обычных чере­пах этого возраста карапакс длиннее пластрона на 10 - 12 см. Изменилась и форма карапакса: он стал более массивным, плоским и широким. У обычных черепах этого возраста каркпакс имеет куполообразную форму с наибольшей высотой в средней части и крутым, почти вертикальным расположением краевых щитков по бокам. У нашей черепахи к концу жизни максимальная высота карапакса сместилась в перед­нюю его треть (рис. 4), а краевые щитки даже по бокам стали очень пологими.

Пропорции тела черепахи относительно карапакса также изменились: голова стала непропорционально большой, а ноги длинными.

Светло-желтый цвет тела с возрастом не изменился, глаза остались красными, но зрение, видимо, ухудшилось.

В возрасте 22 лет альбинос имел следующие размеры панциря: длина кара­пакса по прямой - 136 мм, ширина - 130 мм, высота панциря - 68 мм.

Эти размеры заметно меньше ти­пичных размеров черепах этого возраста в Юго-Западном Таджи­кистане, которые для самок в среднем равны: длина 168 мм, ши­рина - 153 мм, высота - 82 мм.

Возможно, описанная выше аномалия в формировании панци­ря черепахи и не была связана с тем, что ее носителем был альби­нос. Интересно сравнить с уже из­вестными для среднеазиатской че­репахи аномалиями. В Казахстане и Юго-Западном Таджикистане очень редко, но встречаются экземпляры разного возраста с увеличенным числом и необычной формой позвоночных щитков карапакса (Брушко, Кубыкин, 1980; Стальмакова, Харлампиди, 1987). Однако такая аномалия не сопровождается не­правильным развитием панциря.

Более того, годовалый детеныш с такой аномалией (имевший восемь позвоночных щитков вместо обычных пяти), прожив в неволе более 14 лет, превратился в очень активного самца. Все восемь позвоночных щитков у него пропорционально росли, и форма его панциря, вес и размеры примерно соответствовали таковым у обычных сородичей. Насколько нам известно, анома­лии в строении карапакса, подобные той, что сформировались у альбиноса, пока у других черепах не были замечены.

Таким образом, описанная нами черепаха, вероятно, единственный известный альбинос этого вида, к тому же с аномалией в строении панциря, которая прежде не наблюдалась у среднеазиатской черепахи.

Последние полтора года жизни альбиноса прошли в условиях петербургской квартиры. Судя по свежему приросту на щитках, черепаха продолжала расти. Вскоре после пробуждения от зимней спячки в апреле 1997 г. альбинос умер. Точ­но причину смерти установить не удалось.

Экземпляр хранится в коллекции Зоологического института РАН (ЗИН 21016).


КРАТКИЕ СООБЩЕНИЯ УДК 598.1

В.А. Стальмакова 1

Таджикский государственный университет Таджикистан, 734025, Душанбе, пр. Рудаки, 17

1 Статья была написана В. А. Стальмаковой в 1998 году. К сожалению, возможность опубликовать ее появилась только сейчас, уже после кончины автора. Статья подготовлена к печати И.Г. Даниловым.

СОВРЕМЕННАЯ ГЕРПЕТОЛОГИЯ   Том 3/4   2005

Автор выражает благодарность Е.Э. Благовещенской за помощь в подготовке данной статьи, И.С. Даревскому за ценные замечания, И.Г. Данилову и Е.Б. Малашичеву за фотографии и помощь в подборе литературы.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

Брушко З.К., Кубыкин Р.А. Изменчивость роговых щитков панциря у среднеазиатской черепахи (Testudo horsfieldi Gray) в Казахстане // Зоол. журн. 1980. Т. 59, №6. С. 870 - 874.

Стальмакова В.А., Харлампиди Н.Д. Изменчивость роговых щитков карапакса у Testudo horsfieldi // Докл. АН Тадж. ССР. 1987. Т. 30, №12. С. 817 - 820.

Arnoldt R.G. An albino eastern box turtle, Terrapene c. carolina, from North Carolina // Herp Review. 1980. Vol. 11, №2. P. 30.

Bechtel B.H. Reptile and amphibian variants colors, patterns, and scales. Krieger Publishing Company, Malabar, Florida, 1995.

Hensley M. Albinism in North American amphibians and reptiles // Publs. Mus. Mich. State

Univ. Biol. Ser. 1959. Vol. 1, №4. P. 133 - 159.