НАУЧНЫЙ МИР © Коллектив авторов, 2003

СРЕДНЕАЗИАТСКАЯ ЧЕРЕПАХА

Р.Л. Кубыкин
Пожалуй, из всего видового разнообразия пресмыкающихся черепаха — самая популярная не только среди любителей животных, но и широких слоев населения. Если большинство людей с неприязнью воспринимают одно упоминание о змеях, то черепахе в этом отношении повезло. О ее миролюбии и безвредности знают даже дети. Неповторимый облик, который придает ей твердый костный панцирь, медлительность, ставшая нарицательной, — являются хорошими опознавательными признаками. Достаточно увидеть рисунок с ее изображением или фотоснимок, чтобы уже никогда не спутать ни с каким другим животным.

Но все ли знают, что черепахи живут на Земле около 200 миллионов лет? Как же удалось им пережить за столь длительный период климатические и геологические потрясения на Земле и существенно не изменить свой облик? За эти миллионы лет вымерли очень многие не только виды — целые отряды животных, населявших некогда нашу планету. Немало представителей фауны, расставшись с одной средой обитания, приспособились к другой. А черепаха осталась почти Оез изменений. Почему? Возможно, немаловажен факт, что некоторые виды черепах значительную часть своей жизни проводят в относительно мало меняющихся условиях под землей, в состоянии спячки, не испытывая прямого воздействия биосферы. И, конечно, в биологической устойчивости черепахи огромную роль играет прочный панцирь. Многое здесь пока не выяснено, но одно несомненно: несмотря на миллионы лет эволюции черепахи, панцирь сохранился как непременная ее принадлежность.

В засушливых условиях пустыни за относительно короткий весенний период она успевает нагулять столько жира, что его хватает на три четверти года жизни под землей. В этом смысле черепахе, кажется, уже некуда совершенствоваться. Ее скрытые возможности (а в каждом живом организме заложены возможности к совершенствованию) находятся как бы в законсервированном состоянии.

Палеонтологи предполагают, что самой крупной черепахой из древних форм была миолания, череп которой имел в ширину 58 см, а длина панциря превышала 5 метров. У крупнейших современных видов этой рептилии, например у слоновой черепахи с Галапагосских островов, панцирь достигает в длину 110 см, а вес в среднем — около 100 кг, но отдельные экземпляры весят до 400 кг.

В фауне бывшего СССР пять видов сухопутных и пресноводных черепах и два — случайно заплывающих морских. В Средней Азии живут два вида: болотная и среднеазиатская, или степная, черепахи. Название «степная» по отношению к последнему виду неудачно: эта пустынная жительница не обитает в степях. Главное отличие болотной черепахи от среднеазиатской — подвижное соединение спинного щита с брюшным и развитые плавательные перепонки между пальцами. В Казахстане она живет обычно в пресноводных водоемах западной части республики. Питается рыбой, земноводными, червями и насекомыми, изредка поедает и растения.

Среднеазиатская черепаха распространена более широко. Она встречей: в Узбекистане, Киргизии, Туркмении и Таджикистане. В Казахстане населяет пустыни юга и предгорья юго-западных хребтов Тянь-Шаня. Северная граница обитания проходит по линии у дельты Эмбы, в низовьях реки Иргиз, в Северном Прибалхашье и Алакольс-кой котловине. Распространена она и за пределами бывшего СССР: в Северном и Восточном Иране, Афганистане и на северо-западе Индии.

Мы начнем повествование о ней «аb оvо» — с яйца. Черепаха размножается яйцами. Что такое яйцо как частица, несущая зачаток жизни? Это зародыш животного с необходимым запасом питательных веществ для его самостоятельного (вне тела матери) развития.

Рептилии, представителем которых является и черепаха, первыми стали откладывать на суше яйца, одетые в твердую оболочку. Именно это и явилось главным и решающим обстоятельством в утверждении рептилий как первых истинно наземных обитателей. Если сравнить их с земноводными (лягушки, жабы и др.), то последние до сих пор откладывают почти ничем не защищенные яйца прямо в воду. Они окружены лишь студенистой оболочкой и полностью зависят от водной среды. Например, в жаркий день исчезла лужа — и быстро высохла жабья икра. Поэтому, сопоставив десяток отложенных ящерицей яиц с тысячами икринок, выметываемых жабой, нетрудно понять прогрессивность нового способа размножения.

В отложенном на суше яйце под защитой плотной скорлупы сохраняется своеобразный крошечный водоем, в котором нежный зародыш рептилий проходит все уязвимые стадии развития, находясь, по существу, в той же среде, в какой жили его предки. Как и во всяком другом яйце, по мере развития содержимое яйца рептилий усложняется. Усложнение связано не только с формированием нового организма, но и с развитием особых структур, помогающих развитию зародыша. Они поддерживают его в определенном положении, обеспечивают его питание, защищают от удушья и отравления продуктами обмена. Эти структуры называют зародышевыми оболочками. Они присущи и пресмыкающимся, и птицам, и развивающимся в половых путях самок

Через 65—100 дней, пробив скорлупу при помощи яйцевого клювика (твердого шипика на конце носа), черепашка выбирается из тесной колыбельки. Стоит август. Днем еще жарко, а ночью уже холодновато, но черепашка наверх, к свету и солнцу, не стремится. Инстинкт самосохранения гонит ее в глубь земли, где она находит спасение от непогоды, а главное — от многочисленных врагов. В отличие от сухопутных черепах, у морских видов этих рептилий вылупившееся на суше потомство стремится как можно быстрее покинуть свою колыбель и попасть в родную стихию моря. Но на пути к воде и в самом море новорожденных поджидает тьма хищников. И массовая гибель морских черепашек возмещается только их обилием.

Среднеазиатская черепашка, вылупившись размером со старый металлический рубль, имеет мягкие, так называемые эмбриональные щитки. Они мнутся даже при незначительном нажатии на них пальцем. Это и понятно. Ведь в твердой оболочке яйца черепашонок лежит, согнувшись вдвое, — головой к хвосту, плотно вписываясь в эллипсоидальную с одинаково закругленными концами скорлупу яйца. На брюшном щите панциря хорошо заметны поперечная складка перегиба и продольная — пупочная щель, видимая даже у четырех— шестилетних особей.

По беззащитности юная черепашка кажется вне сравнений с кем-либо из казахстанских рептилий. Она не может бегать так стремительно, как ящерицы, не обладает ядовитыми зубами, как многие змейки; даже норы у нее и то, по существу, нет. И юная черепашка находит свое спасение только в толще земли. На поверхности ей все равно нечего есть — ведь в августе растительность уже пожухла и выгорела. Как же она в таком случае переживает осень и долгую зиму? Все предусмотрено природой. Во время развития в яйце зародыш расходует не все питательные его вещества. Оставшаяся их часть в виде желточного мешка после вылупления втягивается внутрь черепашонка через пупочную щель. Этого желтка хватит ему на всю долгую зимовку в земле и еще на некоторое время весной после выхода на поверхность.

В апреле, когда земля прогреется на большую глубину, после 8— 9-месячного плена черепашки-прошлогодки появляются на поверхности. Если взрослые выходят наверх, повинуясь инстинкту продолжения рода и чтобы пополнить свои жировые запасы, то юным черепашкам пока спешить некуда. Они и на поверхности продолжают жить за счет запасов яичного желтка.

До 10—13-летнего возраста, то есть до возраста половой зрелости, жизнь черепахи проходит тихо и незаметно. Питание и скрытное существование, дабы избежать зубов хищников, — главное для них в это время. Растений весной много, они дают им корм и убежища. Именно в этом периоде скорость роста черепахи наибольшая, в последующее время она резко замедляется. На меченых особях установлено, что у большинства прирост ничтожно мал — от полутора до семи миллиметров в год, а в среднем — около четырех. Причем самцы растут медленнее самок и имеют меньшие размеры и вес.

Молодые черепашки избегают открытых мест. Приплюснутость и защитная окраска пестрого рисунка делают их среди растений малозаметными. Этому способствует и уплощенный панцирь. Если взрослую особь с ее очень выпуклым панцирем хорошо видно с расстояния 20—30 м, а при его отблеске и дальше, то молодую можно обнаружить, лишь наткнувшись на нее. Не случайно при учетах черепах меньше всего встречается на поверхности прошлогодков, 2—4-летних больше. Десятилетних уже много. Чем старше черепаха и тверже ее панцирь, тем она массивнее и больше времени проводит на поверхности. Молодая же черепашка с ее мягким панцирем может стать легкой добычей птиц и четвероногих хищников.

Часто мне приходилось видеть целые стаи грачей, добросовестно, широким фронтом прочесывающих местность. За пять минут такая стая успевает продвинуться метров на 200. Птицы идут деловитые и внимательные, при этом задние все время перелетают через впереди идущих, и вся стая движется, подобно гусеницам трактора. Незавидна участь черепах, если их угодья оказались рядом с грачиной колонией, как это было близ села Чингильды (Алма-Атинская область). Там мы часто видели летящих грачей с черепашкой в клюве.

Особенно много гибнет черепашек во время вскармливания грачами своих птенцов. Об этом свидетельствуют многочисленные панцири 1—4-летних черепашек под гнездами птиц.

В 1983 году в конце июня в полузакрепленных песках Южного Прибалхашья орнитологи показали мне кладбище черепах — большое количество потрошенных высохших панцирей черепашат среднеазиатской черепахи и скорлупы ее яиц, разбросанных в виде компактных кучек на территории 0,65 га. Как показало дальнейшее обследование, все найденные остатки были расположены на разделочных точках («кухни», «столовые») возле гнезда пустынного ворона. Этот вид широко распространен в Казахстане — от восточного побережья Каспия до Алакольской котловины и предгорий Тянь-Шаня.

Гнездо ворона с четырьмя оперенными птенцами находилось на шестимстровой высоте на одной из редких туранг в межбарханном понижении. В пределах видимости с гнезда и вокруг него, как правило, на невысоких песчаных бугорках располагалось 11 разделочных пищевых пунктов — «кухни».

Пищевые остатки практически полностью состояли из выпотрошенных панцирей 210 неполовозрелых черепашат 1—5-летнего возраста и свежей скорлупы 112 черепашьих яиц! Наиболее предпочитаемым кормом являются мелкие черепашки — двухлетки и однолетки.

Кроме черепах, на «кухнях» найдены лишь высохшая шкура ежа и остатки (10 см туловища с вырванными внутренностями) взрослого восточного удавчика.

Разделывает черепашат ворон тремя способами: обычно вытягивает внутренние части черепахи через раздолбленный (сверху, сбоку и снизу) панцирь, чаще через заднюю или переднюю щели. Птицы предпочитали потрошить черепашат спереди, схватив клювом рептилию за передние лапы, голову или за то и другое вместе. При этом обычно задние, а иногда и передние лапы оставались с панцирем. Некоторые однолетки и двухлетки имели сильно помятую заднюю часть тела, вероятно, в результате длительной переноски в клюве птицы.

В связи с небольшой численностью среднеазиатской черепахи в песках Южного Прибалхашья, особенно малолеток, и их непродолжительной активностью на поверхности песка воронам, вероятно, приходится обследовать при выискивании их значительную территорию. Причем способ добычи черепашат для них более простой по сравнению с ловом, например, грызунов. Другое дело — сбор черепашьих 175
яиц: из массы встреченных взрослых особей ворон должен выделить самку в период яйцекладки. По-видимому, отличает он ее от других подобных особей по своеобразным маятникообразным движениям, характерным лишь при рытье самкой гнездовой лунки. Затем извлекает яйца в период их откладки или разрывает кладку после того, как самка ее зароет. Судя по количеству съеденных яиц, ворон успешно освоил методику добычи яиц, что говорит о его способностях «сообразительной птицы». Переход на питание черепахами и их яйцами обусловлен не только малочисленностью териологических объектов как основы питания, но и, вероятно, индивидуальными особенностями птиц.

Судя по устным опросам орнитологов, вороны-тестудофаги довольно редки. По сведениям различных авторов, в возрасте до пяти лет черепах поедают грифы, стервятники. Из млекопитающих наибольший вред приносит им лисица. Этих рептилий разного возраста и их яйца находили в пище шакала, пятнистой кошки и камышового кота. Лишь с 6-летнего возраста окрепший панцирь черепах становится многим хищникам «не по зубам», тем более птицам. Животные как бы обретают уверенность в прочности своей защиты и, может быть, поэтому больше времени находятся на поверхности вне укрытий.

Но есть зверь (кстати, в Казахстане он открыт совсем недавно), которому по зубам даже взрослая черепаха. Это медоед, хищник из семейства куньих. В Казахстане единичные особи найдены в Западном Устюрте, но в основном он приурочен к Южной и Центральной Африке, Передней и Средней Азии до Индостана включительно. Это довольно крупный зверь с длиной тела до 77 см и массой до 16 кг. Туловище массивное, уплощенное, короткие ноги с длинными когтями. Питается ящерицами, иногда ловит варанов, а также песчанок, ушастых ежей, в большом количестве поедает саранчу и жуков. В его рационе обычны также взрослые черепахи, последних он выкапывает даже зимой. По словам «первооткрывателя» медоеда в Казахстане К.Н. Плахова, хищник «разделывает» ее при помощи своих длинных когтей — ими он буквально выгребает все содержимое панциря. В этом я сам убедился, когда побывал на Устюрте. Только там и только в местах обитания медоеда я увидел на поверхности земли совершенно пустые панцири взрослых черепах.

Чем же примечателен панцирь? Он состоит из двух щитов: выпуклого спинного — карапакса и плоского брюшного — пластрона. Срастаясь, пластрон и карапакс образуют прочную коробку с отверстиями для шеи, хвоста и конечностей, которые при опасности втягиваются внутрь. С верхним щитом слиты позвоночный столб и ребра животного. Сверху панцирь прикрыт роговыми щитками. Каждый щиток по мере роста черепахи растет как самостоятельное целое: на его поверхности ежегодно образуется одно концентрическое кольцо-валик; оно соответствует активному периоду. За валиком следует желобок, что соответствует периоду спячки.

По числу колец можно определить возраст животного примерно до 20—25 лет. В дальнейшем они не образуются, и предельный возраст среднеазиатской черепахи установить затруднительно. Даже ме-чением нелегко определить долголетие этих животных, так как очень многие годы надо наблюдать за ними. Нам иногда попадались как самцы, так и самки поистине древние. Кожа их сплошь была изборождена морщинами, когти и роговые выросты на лапах полустерты, глаза слезились, истертый и отполированный, особенно снизу, панцирь покрыт светло-зеленой роговой массой уже безо всяких колец. И хотя таких долгожителей очень мало, они способны размножаться. Вполне вероятно, что их возраст достигал 50, а может, и 100 лет.

Способность к размножению наступает у самцов с 11—12-летнего возраста, у самок — на год-два позже. В этом возрасте самцы достигают длины 11—12, а самки 13—14 см и весят в среднем соответственно 430 и 590 граммов.

Давайте сравним черепаху с другими животными, например со степной агамой, которая за сезон откладывает около 20 яиц. Если допустить, что из всех яиц выведутся агамы (самцы и самки поровну) и на следующий год они также приступят к размножению, то за 12 лет их будет уже 20 в 12-й степени. Если возьмем животное, которое откладывает одно яйцо при одинаковых условиях размножения с агамой, то и у него по сравнению с черепахой будет явное преимущество. Подобные аналогии можно было бы продолжить и с птицами и с млекопитающими, но сути это не меняет: их численность возрастает по закону геометрической прогрессии беспрерывно, начиная со второго года после рождения. Конечно, количество особей будет меньше расчетной величины хотя бы из-за меньшей продолжительности жизни тех же агам, но, так или иначе — преимущества на их стороне. Черепаха же за небольшой весенне-летний период (3—4 месяца) активности откладывает в среднем пять-шесть яиц, и пройдет долгих десять и более лет, прежде чем вылупившиеся из этих яиц особи смогут участвовать в продолжении рода.

С наступлением зрелости спокойная жизнь заканчивается, особенно у самцов. Мирные «меланхоличные» животные становятся энергичными и воинственными. Инстинкт к продолжению рода гонит их с наступлением весны из земных глубин на поверхность для поиска самок. В этот период года подавляющее большинство только что вышедших черепах состоит именно из половозрелых самцов. Удивителен сам факт появления этих животных на поверхности.

Представьте ярко-зеленую пустынную равнину ранней весной. Ничто не указывает на присутствие здесь черепах. Следы их прошлогоднего пребывания стерты дождями и ветрами — не видно ни убежищ, ни временных лунок. Разве кое-где лежат на земле выбеленные временем, потрескавшиеся старые панцири, которые издали можно принять за камни. Пусто кругом, только изредка увидишь отдыхающую стаю птиц, чаще грачей и галок, да высоко в небе слышишь нескончаемые песни многочисленных жаворонков. Человеку, уже видевшему изобилие череаах, словно чего-то не хватает.

И вот где-то в конце марта — начале апреля в Илийской долине, как грибы после дождя, наши герои после долгой спячки появляются на свет. «Вырастают» они в самых неожиданных местах. По аналогии с другими животными, уходящими на зимовку в землю, можно было бы ожидать, что куда черепахи ушли, оттуда и должны выйти. Ничего подобного! Нор как таковых у них нет, если не считать чужие, иногда используемые ими. При отсутствии же норных животных, как, например, около села Чингильды, черепахи не имеют возможности воспользоваться уже готовыми убежищами и, значит, должны полагаться на свои роющие способности. Но об этом мы поговорим позже. А сейчас посмотрим, чем заняты черепахи, вышедшие на волю из подземелья.

Через два-три дня после выхода они приступают к спариванию. Самка, несмотря на многомесячное пребывание глубоко в земле, сохраняет зрелые фолликулы3, с которыми уходит в спячку. Ее воспроизводительная система, таким образом, всегда находится в готовности. И едва она показывается на поверхности, еще покрытая спрессованным зимним грунтом, как ее уже ждет самец. Он как более активный первым появляется и последним (после самки) уходит в дневное убежище. Как отличить их друг от друга? У самки более плоский верхний панцирь, а главное — короткий хвост, в то время как у самца он длинный. Соотношение полов у черепах наблюдается в разные годы различное. При благоприятных условиях оно обычно равное, но так как выход самок из зимовочных убежищ растянут, их, естественно, не хватает. Поэтому около одной особи нередко собираются два-три и даже до шести самцов.

В период спаривания самцы, как мы упоминали, ведут наиболее подвижную жизнь: все короткое время активности они ищут самок или борются с соперниками. Всякая движущаяся вдали черепаха привлекает их внимание. Высматривая себе подобных, самец забавно вытягивает шею вверх и осматривается, так что его голова на длинной шее напоминает перископ подводной лодки. Заметив вдали другую особь, он со всех ног (со скоростью до 15 м в минуту) устремляется к ней. Если эта особь — тоже самец, то «бегун» как бы в нерешительности топчется на месте или тем же темпом устремляется дальше на поиски самки, иногда уже вдвоем. Весной инстинкт следования за движущимися особями очень развит у черепашьих самцов.
*5 Пузырьки, в которых образуются яйцевые клетки.

Брачная церемония среднеазиатской черепахи — это сложная серия определенных движений. Встретившись с самкой, самец с ходу приступает к ухаживанию. Если она движется, то и он следует за ней. Иногда забегает вперед и пытается ее остановить, часто-часто кивая головой. Если самка готова принять самца, то их отношения, естественно, завершаются спариванием. Если нет — начинается борьба: самец кусает ее за голову, за ноги или край панциря. От головы бежит к хвосту и обратно. Подобное кружение может продолжаться долго, и с каждым кругом самец все более свирепеет. Но его угрозы самке не страшны, в худшем случае она втягивает голову и лапы под панцирь и становится недоступной для разбушевавшегося «кавалера». Если к такой паре подползет еще один самец, то соперники уже больше времени уделяют друг другу. Нередко они так увлекаются «выяснением отношений», что совершенно забывают про самку. А она тем временем, преспокойно взирая на борющихся, успевает закусить и даже покинуть поле битвы. Противники, готовясь к бою, сходятся нос к носу, совершают сначала поклоны, кружатся, затем кусаются или нередко, чуть приподнявшись на вытянутых ногах и раскачав тело, бьют одновременно друг друга передним выступом нижнего панциря, словно тараном. К пению птиц в вышине примешивается клацанье панцирей дерущихся самцов.

Коронный номер турнирного многоборья — перевернуть соперника. Не случайно поэтому, ползая около самки, «рыцари» стараются наклонить бок, обращенный к противнику, как можно ниже к земле, а передней лапой отбросить, оттеснить и, наконец, опрокинуть. Наиболее ловкому это удается. Иногда приходится видеть одного-двух незадач-лияму соперников, лежащих на спине, в то время как оставшиеся боеспособные самцы продолжают сопровождать свою избранницу до следующей схватки. Пока поверженные претенденты барахтаются, брачная пара успевает скрыться. Но недолго самцу удается побыть наедине с самкой. Завидев пару, спешат к ней новые соперники...